Дамы и господа. Встречайте, Тони Хэнкок в фильме...
Полчаса с Хэнкоком.
ПОЛЧАСА С ХЭНКОКОМ
Въезд новых соседей – важное событие для любой улицы.
У дома останавливается фургон,
грузчики спускают мебель
и заносят ее в пустой дом.
На первый взгляд, никому до этого нет дела.
Ни тебе встречающих, ни тебе дверей нараспашку.
Улица пустынна.
Неужели никому не интересно?
Не верьте своим глазам – соседи не спят.
И каждая чашка будет сосчитана.
Мистер Хэнкок, подпишите письма для поклонников.
- Я отправлю их с утренней почтой. - Тихо!
- Отойдите уже от окна. - Помолчи!
Чтоб меня, сколько у них добра.
Радио, телевизор с большим экраном.
Дюймов восемь, не меньше.
Готов поклясться, они богачи.
Сходи на кухню и посмотри, чего нам не хватает.
Отойдите от окна, вам-то что до них?
Что подумают соседи, если увидят вас в окне?
Они заняты оценкой мебели – они меня не увидят.
Взгляни, занавески по улице так и колышутся.
Ты посмотри на матушку Хиггинс.
Стоит спиной в окне, кого она пытается обмануть?
- Может, она и не пытается? - Еще чего.
Напротив окна у нее висит огромное зеркало!
Любопытные Варвары! Такую улочку еще поискать.
Миссис Браун из дома 12 лежит на полу, на подоконнике покоится ее перископ.
А ее соседки, три старые девы, сменяют друг друга на посту.
Одна следит, другая – готовит чай, третья – пишет отравленные письма.
До всего им есть дело! Будь моя воля, я бы...
А вот это уже интересно!
Что за новомодные шторы?
Отвратительная раскраска.
На этой улице их не потерпят.
- Вы такой же, как все. - Да как ты смеешь?
- Это не ваше дело. - Еще как мое.
Я имею право знать, кто будет жить со мной по-соседству.
Невесть кто нам здесь не нужен.
О человеке можно сказать по его имуществу.
Смотри, смотри. Смотри, смотри, смотри.
Чего у него только нет:
пылесос, стиральная машина, коробка консервов.
Теперь ясно, что у него за жена – лентяйка.
Проснется, поест конфет, послушает «Дневник миссис Дэйл» – и за порог.
- Это полная чушь. - Знаю я таких.
Крашеная блондинка, вечера проводит с другим, приходит за полночь.
А он ничего об этом не знает.
Муж всегда узнает последним.
Уверен, он щупленький, пашет, как вол, а краля моложе его лет на двадцать.
- У таких браков нет будущего. - Вы его даже не видели.
Это ни к чему, я и так знаю.
Так, так.
А вот и бар.
Ну и размерчик.
Наверняка, ее, чтоб хахалей поить.
А у него и шанса нет.
Уверен, она его никуда не отпускает.
Пять минут с собакой в парке – вот его удел.
Отойдите уже от окна. Все закончилось.
Все вещи уже в доме. Большего вы о них не узнаете.
А вот тут ты ошибаешься. Старик Харрис еще на улице.
Своего рода, перестраховка, чтобы ничего не упустить.
Я послал его на разведку.
- Где он? - У дома, в саду.
- Я его не вижу. - Нет, видишь.
Видишь куст рододендрона, что растет у двери?
- Который? - Тот, который пересек лужайку
и перевалился через забор.
- Это мистер Харрис? - Думаю, да.
Или же он – куст роз?
Нет, это старик миссис Браун.
Да, это мистер Харрис.
Смотри, он возвращается. Скорее, открывай дверь.
Не стой, как истукан. Помоги мне их снять.
Закрой дверь.
- Ты составил список? - Да.
И должен тебе сказать, я собой не горжусь.
Шпионить за людьми – неправильно. У них есть право на частную жизнь.
Зачем я вообще согласился?
Потому что я дал тебе полдоллара.
- А теперь давай список. - Держи.
Записал все, что у них было.
Молодчина. Так, посмотрим.
Чего из этого списка нет у меня?
Почти что всего.
Ладно, забудем, читай уже.
Два ящика с посудой, линолеум,
ковры, ведерко для угля, шторы...
- Ведерко для угля? - Да.
Значит, у них есть уголь.
- Да. - Слава богу, а я уж думал,
придется рубить на зиму еще один телеграфный столб.
- Что еще? - Столы, кресла,
радиола, газонокосилка.
Газонокосилка?
Пусть устраиваются, а через пар дней она будет наша.
- По-твоему, какой он? - Из мелкой буржуазии,
но, судя по книгам, образованный, много читает.
В основном, про преступления, известных убийц.
Я приметил у него «Серийного убийцу Лейпцига»,
«Синюю бороду Бордо», «Убийц жен Бейзингстока»,
«100 самых известных маньяков-убийц»...
Еще у него есть громадный сундук с женской одеждой.
Огромная коллекция пистолетов, кинжалов, топоров,
много садовых орудий – лопат, мотыг, вил –
должно быть, он много копает.
Огромная цинковая ванна и печь.
Вполне безобидный парень!
- Ты упомянул женскую одежду? - Да.
- Вероятно, его жены. - Нет, нет, нет, он – холостяк.
Кровать они внесли односпальную.
Вот видите, мистер Хэнкок, вы ошиблись.
- Он не женат. - Не обязательно.
Кровать не доказательство. Возможно, они худышки.
Что ж, на данную минуту больше мы ничего о нем не узнаем.
Я составлю расписание дежурств.
Сверим часы.
Два часа на посту, четыре – сон, с вас какао, и удачи, ребята.
ТРИ ДНЯ СПУСТЯ
Боже мой.
ЧЕТЫРЕ ДНЯ СПУСТЯ
ПЯТЬ ДНЕЙ СПУСТЯ
Двадцать минут восьмого.
Смотрите, он выходит. Быстро, прячьтесь за шторы.
- Куда он на этот раз? - Я не знаю.
Странно то, что выходит он лишь ночью.
- Что у него в руках? - Похоже на старую одежду.
Так, посмотрим.
- Красная блузка и черная юбка. - Минуточку.
Красная блузка, черная юбка. Нет, в списке их нет.
- Их могли доставить позже. - Нет, с момента его приезда
в дом заходила лишь девушка прошлой ночью.
Точно, та, мертвецки пьяная.
Ему даже пришлось занести ее в дом.
А другой одежды, кроме той, что была на ней, у нее не было.
Красная блузка и черная юбка.
- Когда она ушла? - Я не знаю.
- Я не видел, как она уходила. - И я не видел.
Хэтти!
Не подкрадывайся ко мне так!
Ты не видела, как из его дома выходила девушка?
Нет, но сегодня ночью, в три часа, он выходил сам.
- Один? - Да.
Не считая мешка, переброшенного через плечо.
И что было в том мешке?
Куча костей.
Костей?
- И что он с ними сделал? - Закопал на заднем дворе.
Я так и знал! Я был прав.
Ты говорила, не мое это дело, но я был прав.
- Что? - Его собака такая ленивая,
даже кости свои закопать не может.
А как же девушка?
Рано или поздно она выйдет, не спускайте с дома глаз.
Не нравится мне это.
Шпионить за беднягой.
С самого приезда вы следите за каждым его шагом.
Я лишь хочу узнать, что он замышляет.
Признай, его поведение подозрительно.
Днем его не слыхать, а ночью он оживляется.
Ножи звенят,
печь горит ночь напролет
и волкодав воет на луну.
А сам он рыскает по саду в плаще на вырост
и роет ямы то тут, то там.
Страшно до жути!
И ладно бы он общался, так он помалкивает.
- А вы пытались? - Конечно!
- Вчера я позвал его через забор. - И что ты сказал?
Спросил, могу ли я забрать свой мяч.
А почему не перелез через забор и сам не забрал?
Я и перелез, но из окна его кухни вылетел огромный нож.
Чуть не разрезал меня надвое.
Пролетел в нескольких дюймах от плеча.
Что-то мне подсказывает, он не хочет, чтобы люди узнали о его делишках.
Да, есть в нем что-то греховное.
Что он сжигает в печи?
И где девушка?
И зачем ему цинковая ванна, наполненная кислотой?
Что там происходит?
Что за чудовище живет рядом с нами?
Вы же мужчина, сделайте что-нибудь!
Вы должны что-то предпринять!
- Ладно, ладно, сделаю! - Что?
Куплю другой мяч.
Мистер Хэнкок, вы должны что-то предпринять.
Откуда он приехал? Кто он такой?
Мы должны узнать о нем все.
Теперь вы по-другому заговорили, да?
Теперь я не такой тупой, как выгляжу, да?
- Пойдем в полицию. - Нет, нет, нет.
У нас нет доказательств. К тому же, нас подниму на смех.
Не первый раз мы кормим их сказками.
Вспомни ноябрь, ту туманную ночь.
Вспомни, как ты набрал 999:
«У нас тут двое тощих с огромными головами...
...притаились на углу, сигналят друг другу».
Откуда я мог знать, что они рисуют на переходе зебру?
Нет, мы справимся сами. Но с чего начать?
- Мы должны узнать, кто он. - Да, но как?
Мы поговорим с риелтором, который продал ему дом.
Прекрасная мысль. И кто его риелтор?
- Смотрите, табличку еще не убрали. - Точно.
Продается...
Это то же агентство, у которого купили дом мы.
«Альберт Слам и Компания».
Главное, тщательно выбирайте слова.
Хитрость – наше оружие.
Подозрения подозрениями, но мы можем ошибаться.
А голословные обвинения до добра не доведут.
Поэтому сведения нужно из него вытянуть.
Но не наседайте. Действуйте с умом.
Тут нужен ювелирный подход.
Что за убийца живет рядом с нами?
Вот тебе и ювелирный подход.
Мы хотим поговорить с управляющим.
Не сомневаюсь. Кто желает его видеть?
Моя визитка.
Энтони Хэнкок.
Ясненько.
Вообще-то, он свободен, так что можете пройти.
Спасибо, старина, ты нам очень помог.
Держи конфетку.
- Здравствуй, Хэнкок. - Сидни Джеймс.
Ты что здесь делаешь? Где управляющий?
Я – управляющий. Я принял бразды правления.
Всегда хотел заняться недвижимостью.
А где прежний владелец, мистер Альберт Слам?
Подал в отставку по состоянию здоровья.
- А что с ним стряслось? - Шишка вскочила на голове.
Несчастье подобное этому случается сплошь и рядом.
Вышли мы с ним потрещать о том, о сем.
- И вдруг – что вы думаете? - Что?
Полфунта песка свалились ему на голову.
Как полфунта песка могут нанести вред?
Я и сам не пойму. Я насыпал его в носок.
Итак, чем могу помочь?
Как вам известно, мы живем в одном из ваших домов.
- И у вас есть жалоба? - Все в порядке, Сид.
Убери носок.
- Мы лишь хотел спросить... - С домом все в порядке.
- Я знаю. - Крышу я чинить не буду.
- Я знаю. - С крышей все в порядке.
- Я знаю, дело в том... - И брезент не хуже черепицы.
- Не сомневаюсь. - Славно.
Я сюда не ради крыши пришел.
- А что не так с водопроводом? - Ничего, я лишь хотел...
Водопровод исправен, как в дни, когда его провели.
- У нас нет водопровода! - Не важно.
- Когда проведут, он будет исправен. - Рад слышать.
И на колонку в конце улицы никто не жаловался.
- Так и я не жалуюсь... - Просто воду нужно кипятить.
- Да знаю я. - Если тебе что-то не нравится,
я найду других жильцов.
- Не сомневаюсь. - За двадцатку
я легко найду какого-нибудь американского сержантика.
Знаю, трое уже живут у меня на чердаке.
- Послушай... - О чем ты, какая еще плесень?
- Я не говорил о плесени. - Она была еще до тебя.
Я не говорил о плесени...
- И стены не рушатся. - Я не говорил, что они рушатся!
А дырища в столовой – это раздаточная.
- Точно, из столовой на улицу! - Именно.
Ей-богу, я не знал, что в спальне не хватает двух половиц.
- Послушай, дело в том... - И не волнуйся,
перекрытия крепкие, главное, не ходи по ним.
Сид, послушай!
Я пришел не на дом жаловаться.
Дом в порядке. Я им доволен.
- Правда? - Да.
Чудно, плата повышается на 25 шиллингов.
Всего хорошего.
Надеюсь, ты доволен. Я платить не стану.
- Платить будешь ты. - Сид, послушай.
- Ты все еще здесь? - Позволь объяснить.
Твои объяснения нам не по карману.
Мистер Джеймс, перейду сразу к делу.
Нас интересует мужчина, проживающий по-соседству.
- Ладно, где вы живете? - Ты знаешь, где мы живем.
- Нет, не знаю. - Ты же сам описал наш дом.
Все мои дома одинаковые.
- Где вы живете? - Рэйлвей Каттингс, 23.
Нам нужна вся информация о парне, который въехал в дом под номером 25.
Простите, я не могу разглашать сведения о моих клиентах.
Это противоречит этике риелтора.
На кону моя репутация.
Нет уж, простите, мой рот на замке.
Родился в 1898 в бедной семье, бросил школу в возрасте...
Давай помедленнее.
Кто он, чем занимается и откуда приехал?
Сказать по правде, я мало о нем знаю.
Он пришел ко мне с месяц назад,
сказал, что ищет большой дом в тихой части города.
Где его не побеспокоят, где не будут задавать вопросов,
где соседи не будут любопытствовать и шпионить за ним.
Он замышляет недоброе. Он опасный человек.
Чепуха, он кроткий, как овечка.
Как Криппен.
Нормальный он, с деньгами, а другое меня не интересует.
Ты же ничего не знаешь. Девушка исчезла.
Печь работает всю ночь.
Он роет ямы в саду и избавляется от женской одежды.
Ты не представляешь, что творится в его доме по ночам.
Я не представляю, что творится по ночам в любом моем доме.
Поэтому и плата такая высокая.
Но что-то нужно предпринять. Наши жизни под угрозой.
У вас разыгралось воображение. Говорю вам, он безобидный.
Ступайте домой и обо всем позабудьте.
Будь по-твоему...
но не говори, что тебя не предупреждали.
Нас всех прикончат во сне.
- Думаешь? - Да.
Значит, с сегодняшнего дня плату я беру вперед, бывай.
И тебе хорошего дня!
Подумать только, прикончат во сне.
Вызывал, Сид?
Ты вел дела с малым, что въехал с Хэнкоком по-соседству.
- Что ты о нем знаешь? - Мистер Томкинс?
Мастер восковых фигур.
- Какой мастер? - Он делает восковые фигуры.
- Умнейший человек. - Постой, постой.
- Где он этим занимается? - Дома.
Он превратил дом в мастерскую.
Имел честь поболтать с ним об этом. Милейший человек.
В галереях восковых фигур он забирает ненужные экспонаты
и дома, в саду, расплавляет их в печи.
- Продолжай. - А потом он делает новые модели.
А на одежде со старых моделей он состояние сделал.
Чуть ночь, он несет ее к старьевщику, что живет у дороги.
Он держит комнату ужасов.
А какая у него коллекция ножей и всяких штучек.
Он снабжает ими готовые модели. А видел бы ты его пособия.
Сплошь убивцы и кровушка.
Очаровательно!
Но к чему вся эта таинственность? Почему он занимается этим по ночам?
Чтобы никто его не видел.
Он пробовал работать днем, но его донимали соседи.
Ты не поверишь, они думают, что он – серийный убийца!
- Глупо, правда? - Ужасно.
Я видел его сегодня утром. Ночка его ждет жаркая.
23 экспоната ждут расплавки.
Это может занять всю ночь.
- Час ночи, а его все нет. - Он укатил полчаса назад.
- Интересно, куда он направился? - За новой жертвой, вот куда.
И не забудьте – чуть что, сразу звоним в полицию.
Смотрите, он возвращается. Это его фургон.
Живо, гасите свет. По местам!
- Что в фургоне? - Подожди.
Не могу разобрать.
Что?
Тела.
Трупы.
Несколько дюжин. Фургон битком!
Вот те раз.
Что-то намечается.
Смотрите, он несет их в дом, по одному в каждой руке.
А из его кармана торчат ноги.
Да что он за чудовище!
А что это он попинывает ногой?
Голову.
Голову?
Голову?! Изверг!
Безжалостный изверг!
Играть головой в футбол! Да что за человеком нужно быть...
А ведет он ловко, правда?
Нужно отдать ему должное. Свое дело он знает.
Левая нога так и порхает.
Молодчина.
Вы видели, как он отклонился?
Как он обошел розовый куст...
Так держать. Гол!
Прямо в парадную дверь.
Нашей футбольной команде он бы пригодился.
Всунуть ему мяч вместо головы, и все.
Вместо... Полиция!
Звоните в полицию! На помощь!
Он безумен! Полиция!
Где эту полицию носит?
Десять минут прошло, где же они?
Если они не поторопятся, он избавится от улик.
- Он уже включил печь. - Мне страшно.
Он знает о наших подозрениях, он придет за нами.
И наши тела окажутся в печи вместе с остальными.
Она права. Он отрежет нам головы.
Ему нужно чем-то играть в футбол.
Мы должны что-то сделать.
Слышите?
Это полиция.
Мы в безопасности, он нас не тронет.
Живо, открой дверь. Вот мы и в безопасности.
Его нога не коснется наших голов.
- Добрый вечерок. - Господи!
- А ты что здесь делаешь? - Я – полицейский.
Неудивительно, что Фабиан подал в отставку.
Простите, что опоздал, но я делал горчичную ванну для ног.
Ходишь-ходишь весь день, надавыши сами не пройдут.
- Не сомневаюсь. - Я приехал так быстро, как смог.
Сперва мне пришлось высушить ноги и заправить свисток горошинами...
Ничего.
- Где остальные? - Кто?
- Полицейские. - Сегодня я один на посту.
- Но где-то же они должны быть? - Конечно, и немало.
- И где же они? - В «Голове оленя».
По средам у нас игра в дартс. Точнее, у них.
Меня они не берут. Они меня никуда не берут.
- Жалость-то какая. - Перетягивание каната, бал,
выездные тренировки в Брайтон – я все пропустил.
Я всегда записываюсь, но меня исключают.
Не нравлюсь я им.
- Меня оставляют следить за участком. - Так вот, по-соседству...
- Между нами... - Черт возьми!
Между нами, тебе чертовски повезло меня застать.
Я только что вернулся с ночного обхода.
Очень интересно. Наш сосед...
А до этого я регулировал движение.
- Потом – докладывал о происшествиях. - Каких происшествиях?
Которые случились, когда я регулировал движение.
Но я не виноват, даю слово. Я делал так, как меня учили.
А потом я увидел маму и помахал ей рукой...
- Боже, какой конфуз. - Не сомневаюсь.
- А теперь... - Гора машин перед магазином.
Меня повалили на землю, я еле ноги унес.
Вечно меня ставят на участок без ограничения скорости.
Это очень увлекательно, но мы в смертельной опасности...
Между нами, я люблю ночные обходы.
Не сомневаюсь. Но наш сосед...
Я обхожу магазины и проверяю, закрыты ли двери.
Послушай, этот малый опасен.
Видел бы ты, что творится у дверей магазинов!
Мне не интересно! У нас за стеной – маньяк-убийца,
он нас всех поубивает, если ты не пойдешь...
А что творится?
Я высветил фонариком парочки, они целовались.
Пришлось разогнать их по домам.
Парней, по крайней мере.
Я и сам не прочь пошалить.
- А кто нет? - Точно.
Я дергаю двери одну за другой,
и иногда, если повезет, в участок я вовсе не возвращаюсь!
Итак, чего звал?
Погоди, я забыл.
Точно, арестуй нашего соседа, он – маньяк-убийца.
В его доме дюжины трупов, он рубит их на куски, сжигает в печи,
хоронит останки и снова идет убивать.
Каждому свое.
Вы не понимаете. Он – маньяк-убийца.
- Это же незаконно, да? - Именно.
И если поторопишься, задержишь его с поличным.
Как это волнительно, я раньше не ловил убийц.
Вообще-то, я никого раньше не ловил.
- Кроме парочек у дверей. - Точно.
Убийца, значит?
Если я поймаю убийцу, меня полюбят.
Может, даже возьмут перетягивать канат.
- А если повезет, заменят канат тобой! - Именно.
Прошу вас, констебль, скорее, пока не стало поздно.
Он там, бросает их печь.
- Давайте посмотрим. - Там, в саду.
- Он их всех убил? - Да.
И если ничего не сделать, нас постигнет их участь.
Ваш долг пойти и арестовать его.
Не говори ерунды.
- Ты арестуешь его или нет? - Иди ты, вот тебе фуражка.
Я требую – арестуй это чудовище!
Но я не хочу, я его даже не знаю.
- Ступай, говорю! - Я не хочу.
- Ступай, ты – закон! - Ладно, но ты пойдешь со мной.
Хорошо, я пойду с тобой. Через заднюю дверь.
А вот и он, стоит у печи.
Смотри, как он кладет в нее тела.
- Какой он спокойный, да? - Смотри.
Да он еще и политический убийца.
Ты посмотри...
Макмиллан, Торникрофт...
Селвин Ллойд, Рэб Батлер...
Да у него там половина правительства. Он буйнопомешанный!
Хотя, может, и не мне его судить.
Мы должны остановить его.
- Лезь через стену и арестуй его. - Ладно.
- Подожди-ка, полицейский у нас ты. - Точно.
Залезем оба. Подсоби.
А вот тебе и улика –
наполненная кислотой ванна.
- Держи равновесие, а не то свалишься. - Обо мне не волнуйся, делай свое дело.
- Арестуй его! - Ладно.
Вы арестованы, именем...
Именем...
- Закона. - Точно, именем закона!
Все, что вы скажете, вам придется повторить,
потому что пишу я медленно.
Вот так.
Уводи его. Молодчина.
Изувер! Убийца!
Думал уйти безнаказанным?
Не стоило со мной связываться.
Глупцы, они же упадут.
Осторожнее, вы же свалитесь в ванну!
Я падаю, падаю!
Господи.
Справа от вас – знаменитые Берк и Хэйр, расхитители могил,
как видите, за своим занятием.
А это – доктор Криппен,
первый преступник, пойманный с помощью радиосвязи.
А теперь – новейший экспонат нашей коллекции,
одна из самых обыденных сцен в истории британской преступности.
Этот эпизод изображает констебля,
производящего арест у дверей магазина.
Обратите внимание на злобную гримасу толстячка.
Кто знает, что он говорит своему товарищу.
Вот погоди, выберусь из воска – выбью из тебя дух!
Я не виноват. Не нужно было тебя слушать.
Теперь меня точно не возьмут перетягивать канат.
- Заткнись! - Тебе легко говорить,
а у меня кожа так и чешется.
Тебе не о зуде нужно волноваться...
Перевод dhreilly